Лесной форум Гринпис России

Здесь Вы можете обсудить "лесную" тему, задать вопрос специалистам по лесному хозяйству, лесной экологии, охране лесов.





Начать новую тему Ответить на тему   Список форумов » Новости » События, объявления, публикации
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Автор Сообщение
СообщениеДобавлено: 09 сен 2017, 09:13 
Алексей Ярошенко, руководитель лесного отдела Гринпис России

Сообщения: 29238

6 сентября 2017 года в рамках Восточного экономического форума состоялся торжественный запуск нового лесопилього завода группы компаний RFP (крупнейшего на Российском Дальнем Востоке лесопромышленного холдинга) в городе Амурске Хабаровского края. В официальой церемонии запуска приняли участие Президент РФ Путин, зампред Правительства РФ - полпред Президента РФ Трутнев и другие высокопоставленные руководители. Новый завод является одним из элементов создаваемого RFP в Амурске "Дальневосточного центра глубокой переработки древесины", включающего в себя крупнейший завод по производству шпона (запущен в 2013 году), крупнейший лесопильный завод (первая очередь запущена сейчас), и завод по производству древесных пеллет (планируется запустить в 2018 году). Ссылка:

Группа RFP запустила новый завод по производству пиломатериалов в Хабаровском крае

Проект входит в число приоритетных инвестпроектов в области освоения лесов, и финансово поддерживается государственной корпорацией "Внешэкономбанк".

Запуск нового крупного лесного предприятия в одном из бывших центров развития лесной промышленности Дальнего Востока (в Амурске в 1967-1994 гг. работал Амурский целлюлозно-картонный комбинат, который должен был выйти на плановую мощность в 1995 году, но вместо этого обанкротился, закрылся и был растащен) - событие в целом позитивное. Вопрос, однако, в том, сможет ли это новое предприятие устойчиво работать в течение длительного времени, или же его ждет судьба Амурского ЦКК, и если ждет, то когда.

К сожалению, есть основания полагать, что жизнь нового завода может оказаться не очень долгой - уже в ближайшем будущем он может столкнуться с проблемой острого дефицита необходимого для его работы древесного сырья, а в течение одного-двух десятилетий этот дефицит может достигнуть того уровня, при котором устойчивая работа завода станет невозможной. Кроме того, острый дефицит хозяйственно ценных лесных ресурсов может подтолкнуть компанию к рубке лесов, имеющих наиболее высокую природоохранную или социальную ценность, и вызвать острые конфликты с другими заинтересованными сторонами. Связано это с тем, что значительная доля лесных ресурсов, на которые ориентируются этот и многие другие проекты по развитию лесной промышленности на Дальнем Востоке, существует только "на бумаге", а в реальности эти ресурсы или сгорели, или были украдены, или, иногда, изначально были плодом нездорового воображения и приписок. При этом полноценного лесного хозяйства - такого, которое обеспечивало бы охрану лесов от пожаров и лесонарушений, защиту от вредителей и болезней, и эффективное воспроизводство хозяйственно ценных лесных насаждений за установленный оборот рубки - на Дальнем Востоке, как и в целом в таежной зоне России, практически нет (за исключением отдельных опытных участков ничтожной площади).

Специфика лесов юга Дальнего Востока состоит, во-первых, в том, что они регулярно горят, и гораздо сильнее, чем леса нашей страны в среднем, и во-вторых, в том, что они в течение уже четверти века являются зоной наиболее интенсивного лесного воровства - как самовольного, так и прикрываемого органами власти (оформляемого как санрубки, рубки ухода и т.д.). При этом колоссальные потери лесных ресурсов, вызываемые как пожарами, так и воровством, практически не попадают в официальную отчетность: масштабы потерь древесины от пожаров обычно занижаются в десятки и сотни раз, масштабы незаконных рубок - как минимум на порядок, и это продолжается десятилетиями. Поэтому даже крупнейшие лесопользователи, получающие в свое распоряжение самые большие куски "лесного одеяла", в реальности получают куски, изъеденные молью и прожженные во многих местах. Когда плата за лесные ресурсы невелика (в нашей стране она самая низкая в мире среди стран со сколько-нибудь значимыми площадями лесов), а львиная доля затрат в разных формах компенсируется государством, это может не сильно волновать самих промышленников - но с точки зрения перспектив работы создаваемых новых предприятий не важно, кто в конце концов окажется у разбитого корыта: коммерсанты или государство.

Заводы группы RFP в Амурске - это крупнейшие предприятия, требующие для своей работы высококачественного сырья, главным обарзом хвойного пиловочника. Чтобы эти предприятия могли устойчиво работать, необходимо, чтобы это сырье можно было заготавливать на разумном расстоянии от них (до нескольких сотен километров - но чем больше расстояние вывозки, тем менее рентабельным будет производство в целом). Конечно, есть еще Амур, позволяющий доставлять сырье сравительно дешевым водным транспортом - но в других приамурских регионах проблемы с лесом примерно те же, что и в Хабаровском крае. А конкуренция за остающиеся ценные лесные ресурсы постоянно растет - по мере прогрессирующего истощения самих этих ресурсов, а также роста спроса на них со стороны китайских потребителей (которые сейчас, кстати говоря, консолидируются в отраслевой союз - именно для более простого и эффективного для них получения российских лесных ресурсов).

Органы государственной власти, отвечающие за леса, до сих пор пребывает в плену иллюзий, и рассматривают леса Дальнего Востока как неисчерпаемое природное месторождение хозяйственно ценной древесины. В тот же Амурск власти на протяжении уже более чем полутора десятилетий пытаются привлечь инвесторов для строительства нового целлюлозно-бумажного комбината. Полтора года назад Правительство Хабаровского края даже объявило о том, что такой инвестор найден, и что комбинат предполагается запустить в 2019 году. Понятно, что это сообщение было лишь "художественным свистом" - но само желание построить в Амурске новый ЦБК никуда не делось.

О масштабах существущих потерь леса в окрестностях Амурска в первом приближении можно судить по выпущенной в Гринпис карте расчетной периодичности смены древостоев в северных лесах мира в 2000-2013 г.г. Карта показывает, с какой средней расчетной (исходя из данных за тринадцатилетний период) частотой происходит в пределах оцениваемой территории смена старых древостоев молодыми. Если периодичность примерно соответствует характерным для северных хвойных лесов оборотам рубки (80-120 лет) - леса, может быть, и не истощаются сейчас, но резервов для увеличения лесопользования в них нет; если периодичность меньше - леса уже используются истощительным образом, или же потери их от пожаров, болезней и т.д. слишком велики; большая периодичность говорит о том, что какие-то резервы для увеличения лесопользования могут быть. При расчетах периодичности смены древостоев не принимались во внимание породный и возрастной состав лесов, их качество и продуктивность - поэтому даже при сравнительно больших значениях периодичности смены древостоев экономически доступных лесных ресурсов может быть очень мало.

Иными словами - если расчетная периодичность смены древостоев для той или иной территории составляет 80-120 лет или меньше - значит, значимых ресурсов для увеличения объемов лесопользования на этой территории нет или почти нет (по крайней мере, без коренного изменения всей системы лесоуправления и ведения лесного хозяйства). Ссылки:

Расчетная периодичность смены древостоев в северных лесах мира в 2000-2013 г.г. (описание методики)

Расчетная периодичность смены древостоев в северных лесах мира в 2000-2013 г.г. (сама карта)

Карта эта на двухсоткилометровые окрестности Амурска выглядит так (для просмотра карты в большем разрешении нажмите на нее мышью):

Изображение

Основная причина появления на этой карте участков со сравнительно короткими периодами смены древостоев - совместное действие рубок, пожаров, вредителей и лесных воров, чаще всего концентрирующихся на одних и тех же территориях (там, где есть дорожная сеть и легкий доступ в лес). Наличие значительных площадей лесов с длинными расчетными периодами смены древостоев не должно успокаивать: значительная их часть приходится на территории, подвергшиеся интенсивным рубкам в 60-е - 90-е годы прошлого века, и сейчас занятые молодыми лиственными лесами, не интересными ни лесопользователям, ни лесным ворам, и при этом сравнительно мало горящими. Кроме того, масштабы лесных пожаров в последние десятилетия устойчиво растут (разумеется, со значительной изменчивостью по годам) в связи с изменением климата и некоторыми другими факторами - поэтому при сохранении нынешних тенденций практически вся территория оказывается в зоне очень высокого риска.

Можно ли с этим что-либо сделать, или ситуация совершенно безнадежна, и все новые крупные предприятия деревообработки, создаваемые на Дальнем Востоке, обречены на сырьевой голод и гибель в обозримом будущем?

Ситуация, конечно, очень плоха, особенно с учетом нынешней беспризорности лесов и прогнозируемого роста потерь от пожаров, вредителей, болезней и воровства. Но она не совсем безнадежна, и совсем катастрофическое развитие можно предотвратить - если у государства будет желание не только взять от леса все прямо сейчас, но и создать условия для постоянства пользования лесом.

Во-первых, необходимы чрезвычайные меры по охране лесов Дальнего Востока от пожаров, в первую очередь - доступных и потенциально доступных лесов. Необходимы жесточайшие меры по исключению практики бесконтрольного выжигания сухой травы (в том числе псевдо-контролируемых выжиганий, которые обычно проводятся без соблюдения элементарных мер пожарной безопасности). Необходимо восстановление лесохозяйственных предприятий, способных обеспеивать присмотр за наиболее освоенными лесами, их противопожарное обустройство и оперативное тушение начинающихся в них пожаров. Необходимо восстановление централизованной, хотя бы на уровне федерального округа, системы авиационной охраны лесов, в достаточной мере обеспеченной кадрами и техникой. Необходим пересмотр так называемых "зон контроля", в которых пожары разрешается не тушить (последнее не относится к заводу в Амурске, но прямо касается потенциальных районов лесообеспечения некоторых других планируемых и строящихся предприятий).

Во-вторых, необходимы чрезвычайные меры по борьбе с лесным воровством - как самовольным, так и узаконенным (через "санитарные рубки", "рубки ухода" или легализацию ворлеса с помощью ЕГАИС учета древесины и сделок с ней). Нухно перейти от имитационных мер - типа той же ЕГАИС УД - к восстановлению реальной лесной охраны и реального контроля за правильностью назначения тех хозяйственных мероприятий, которые часто используются для легализации лесного воровства (санрубок, ухода в насаждения старших классов возраста). Без восстановления реальной лесной охраны, отвечающей только за этот вид деятельности, хорошо обеспеченной и социально защищенной, сохранить оставшиеся экономически доступные лесные ресурсы юга Дальнего Востока от разворовывания не получится, а значит, не получится и сохранить на сколько-нибудь длительный срок сырьевую базу существующих и вновь создаваемых лесных предприятий.

В-третьих, необходимо развитие реального лесного хозяйства - системы выращивания хозяйственно ценных лесных насаждений на участках, пройденных рубками; причем в первую очередь требуется не лесовосстановление в узком смысле этого слова, а уход за молодняками и ранее созданными лесными культурами на самых продуктивных и доступных лесных землях, позволяющий в разумные сроки получить леса целевого состава и качества. Лесное хозяйство надо развивать не в масштабе демонстрационных опытов (чтобы было что показать приезжающим комиссиям), а в производственном масштабе, не только соответствующем нынешним объемам лесопользования, но и позволяющим постепенно ликвидировать накопленный "лесохозяйственный долг" - привести в порядок запущенные молодняки. Разумеется, нет смысла развивать лесное хозяйство на мерзлотных почвах и в наиболее северных районах - там лесопользование неизбежно является одноразовым, и его надо просто постепенно сворачивать; но там, где леса достаточно продуктивны, ведение эффективного лесного хозяйства должно стать обязательным условием лесопользования.

В-четвертых, в районах планируемого интенсивного лесопользования нужны немедленные меры по развитию систем особо охраняемых природных территорий (в первую очередь для сохранения наиболее ценных массивов дикой лесной природы - малонарушенных лесных территорий), а также по обеспечению права граждан на благоприятную окружающую среду путем развития системы защитных лесов и создания особо защитных участков леса вокруг сельских населенных пунктов. Поскольку лесопользование вокруг вновь созданных крупных предприятий обычно развивается стремительно, меры эти необходимо не растягивать на многие десятилетия, а принимать немедленно, в первые же годы, по возможности еще до предоставления лесных участков в аренду под приоритетные инвестпроекты.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ 1 сообщение ] 

Текущее время: 21 ноя 2017, 07:38


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 23


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения

Найти:
Перейти:  
Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Русская поддержка phpBB
Rambler's Top100